Общественное имущество села, которое состояло почти лишь из земельной площади, проигрывало по сравнению с капиталами посада. Так как воссоздание общественного хозяйства будущего города происходило в основном на паритетных началах, представители сельского общества всячески старались подчеркнуть ценность земли и вместе с тем стремились, как можно большую ее часть удержать у себя в качестве особого имущества общества бывших крестьян. Но под давлением противной стороны приходилось идти на уступки. Отказавшись от первоначального намерения полностью удержать землю в руках сельского общества, согласились отдать возникающему городу 50 десятин земли (помимо выгона) с условием, чтобы эта земля использовалась на нужды ивановцев, затем эта цифра возросла до 200 десятин и, наконец, до 415 десятин. Все же крестьянам удалось оставить у себя более половины выкупленной у помещика земли (ее общий размер – 2809 дес.), правда уходили самые ценные по расположению и качеству земли.

При всей длительности и сложности образования г. Иваново-Вознесенска этот процесс все же совершился. Однако, как показывают архивные документы, многие обращения жителей поселений в правительственные инстанции о превращении их мест жительства в города не удовлетворялись[41]. За 1863–1897 года на территории Европейской России был образован всего 31 новый город.

Рындзюнский считает, что консервирующее воздействие самодержавия на прогрессивные процессы особенно обнаруживается в отказах на просьбы о переводе из сельского в городские сословия и в создании трудных условий для преобразования вполне подготовленных к тому селений в города. Количество отказов на индивидуальные и коллективные просьбы о вхождении в сословие мещан значительно превышало число просьб, получивших удовлетворение. Из этого следует, что оценивать силу городообразовательных процессов в России во второй половине XIX в. числом людей, пополнивших ряды городских граждан, и числом вновь возникших городов, как обычно делается, неправильно. Учет количества лишь оформленных преобразований значительно сужает представление об истинном размахе городообразовательных процессов в стране.

Миронов Б.Н. считает, что все объясняется гораздо проще – было трудно исполнить условия преобразования сел в города[42].

Например, ходатайства о преобразовании в города крупных промышленных сел Павлова и Лыскова Нижегородской губернии, Нижнего Тагила и Невьянска Пермской губернии и села Каменского Екатеринославской губернии не были осуществлены из-за противодействия большинства их жителей. Желание крестьян села Кимры Тверской губернии не реализовалось по той причине, что его земельные владения находились в совместной собственности с соседними селениями и их было крайне трудно размежевать. Село Богоявленское Уфимской губернии и местечко Ивенец Минской губернии не стали городами из-за несогласия помещиков, которым они принадлежали до эмансипации и которые владели там землей. Села Орехово, Зуево и Никольское Владимирской губерний не были преобразованы в города из-за того, что предприниматели, в руках которых находились промышленные селения, не захотели, чтобы «их» села преобразовывались в города, поскольку в этом случае возрастали налоги и издержки производства.

Из всего этого Миронов делает вывод, что правительство отнюдь не являлось тормозом для роста числа городов, поскольку селений, желавших стать городами, было крайне мало. В чем состояли причины нежелания крестьян переходить в городское сословие? Во-первых, получение статуса города неизбежно приводило к увеличению местных налогов на городское самоуправление и создание новых учреждений, которые полагалось иметь настоящему городу. Во-вторых, согласно закону, земли, принадлежавшие крестьянам, переходили в собственность всего города и в распоряжение городского самоуправления, в котором ведущее место обычно принадлежало не бывшим крестьянам, а купечеству. Крестьяне опасались – и, как показал опыт других городов, совершенно справедливо, что городские власти будут распоряжаться землями в интересах нового города, а не только бывших крестьян, ставших мещанами. В-третьих, для крестьян с 1812 г. и особенно после эмансипации существовали легальные возможности заниматься предпринимательством: они могли купить промысловые свидетельства на право заниматься любым видом бизнеса. Таким образом, та, как правило, большая часть населения промышленных селений, чьи доходы существенно зависели от сельского хозяйства и которая бы понесла существенный ущерб в случае преобразования их села в город, парализовывала желание переходить в городское сословие тех крестьян, которые порвали с земледелием и занимались промышленным или торговым предпринимательством или стали пролетариями. А ведь для образования нового города необходимо было, чтобы две трети жителей поддерживали преобразование села в город.

Научная жизнь древней Индии.
Выдающимся достижением древнеиндийской науки было создание десятичной системы исчисления с использованием нуля, применение которого связанно с появлением нового мировоззренческого понятия - «пустота». Древнеиндийская система обозначения чисел определила современную систему нумерации и легла в основу современной арифметики. Благодаря раз ...

Русско-турецкая война (1877—1878) и разгон парламента Сан-Стефанский и Берлинский мирный трактаты 1878 г. Империя накануне XX в.
Война началась весной 1877 г. Вскоре после начала военных действий румынский парламент объявил независимость своей страны (9 мая 1877 г.) и Румыния вступила в войну на стороне России. Порта надеялась на помощь Англии, по сути спровоцировавшей эту войну, но никакой помощи не последовало. Русские войска перешли Дунай, а в Азии вступили в ...

Князь и княжеская власть в славянских племенах V–VII вв.
В начале этой главы автор пишет о переплетении судеб германцев и славян – индоевропейских народов, которое произошло во время Великого переселения народов. Свердлов говорит о том, что славяне могли участвовать в совместных военных действиях с германцами, например, с лангобардами и гепидами в Италии [Свод. Т. I. С. 188–191]. Далее автор ...