Прошло уже два месяца войны, и огромная территория была захвачена врагом. В стране создалось крайне напряженное положение. Военные неудачи, недовольство нерешительностью Барклая де Толли очень сильно осложняли взаимоотношения внутри генералитета. Отношения же между командующими армиями Барклаем де Толли и Багратионом из-за существовавших между ними разногласий во взглядах на способ ведения войны еще больше обострились. Обращаясь к царю, Багратион говорил о необходимости установления в армии твердого единоначалия. Он писал: «Порядок и связь, приличные благоустроенному войску, требуют всегда единоначалия, а и более в настоящем времени, когда дело идет о спасении отечества, я ни в какую меру не отклонюсь от точного повиновения тому, кому благоугодно подчинить меня».[8]До предела натянутые отношения между командованием, конечно же, не могли долго оставаться незамеченными

Недовольство отступлением росло не только среди войск, так как и дворянство, и купечество были также серьезно обеспокоены создавшимся положением, к тому же напряженная военная обстановка диктовала необходимость принятия каких-либо решительных мер. Александр I, очевидно, в этот момент был растерян, но понимал неотложность назначения главнокомандующего, осознавая, что на такую должность должен взойти человек авторитетный и, естественно, любимый в армии, каким был М.И. Кутузов.

12 июля Кутузов был приглашен на срочно созванное секретное заседание Комитета министров, на котором председатель Н.И.Салтыков обратился к нему с просьбой взять на себя командование Нарвским корпусом и принять соответствующие меры для защиты Петербурга.

Прибывший же через некоторое время в Петербург Александр I обратился к нему с рескриптом: «Настоящие обстоятельства делают нужным составление корпуса для защиты Петербурга. Я вверяю оный вам».[9]

В итоге почти месяц М.И.Кутузов был начальником Петербургского ополчения, однако после падения Смоленска вопрос о назначении главнокомандующего встал ребром. В этот момент сестра царя Екатерина Павловна писала Александру I: «Ради Бога, не берите командование на себя, потому что необходимо без потери времени иметь вождя к которому войско питало бы доверие, а в этом отношении вы не можете внушить никакого доверия». [10]

Чрезвычайный комитет пришел к единодушному убеждению о необходимости назначения на должность главнокомандующего генерала от инфантерии М.И.Кутузова.

Царь в общем-то не желал видеть его на этом посту, однако, поразмышляв 3 дня, Александр подписал указ сенату, в котором говорилось: «Нашему генералу от инфантерии князю Кутузову всемилостивейше повелеваем быть главнокомандующим над всеми армиями нашими».[11]

Присоединение к московскому государству других княжеств и создание единого Российского государства
В 1482 году великий князь присоединил к Москве Пермь с ее областью, простиравшейся до Уральских гор. Пермь уже была подчинена Москве еще во времена Дмитрия Донского. Но это не было полным подданством. Новгородцы тоже считали Пермь своим владением. Иван Васильевич послал на Пермь сильное войско под предводительством Федора пестрого, кот ...

Финансы.
Укрепление аппарата власти, расходы войны, содержание двора и другие государственные нужды требовали больших денежных ресурсов. Однако расходы увеличивались еще больше - в 5 раз. Хронический дефицит бюджета Екатерина пыталась преодолеть традиционными приемами. Одним из них был выпуск бумажных ассигнаций. Впервые с 1769 г. появились бум ...

«Записки» как источник информации о политической жизни
России XVIII – XIX веков «Записки», несомненно, самая ценная часть обширного литературного наследства Екатерины II. Вызванная особенностью жанра необычная искренность воспоминаний отнюдь не противоречила нескрываемому желанию императрицы оправдаться перед потомством. Одна из редакций воспоминаний посвящена интимному другу Екатерины баро ...