В отличие от русских пленным шведам, задействованным в шествии, было далеко не весело. Многие в своих дневниках с горечью пишут о происходившем. После шествия они были расквартированы в Москве и пригороде, а через некоторое время большинство из них отправили в различные города Российского государства на работы.[31]

Велико значение для российской истории и моральная сторона победы над агрессором. По мнению М. А. Сиверцева, Полтава – событие, создающее новую историческую перспективу, живет своей особой жизнью в истории культуры; оно отмечает рождение нового государства и является решающим в биографии харизматического лидера, который входит в историю, чтобы творить судьбу народов. Такое событие соотносит всех его участников с «начальными временами» мифологического пространства, где все происходит впервые и на века. Отсюда неизменное обращение к теме Полтавской битвы во всех критических ситуациях имперской политической культуры России. Полтавская битва оказывается символом, который делает доступными для массового сознания все последующие события имперской истории. Превратившись в самостоятельный миф, уже преображенная, битва начинает порождать различные политические, литературные и даже военные подражания. Иными словами, Полтавская битва, как постоянно действующая аллегория, пронизывает всю культуру имперского периода, оформляет и придает военную харизму последующим деятелям придворной политической сцены.

Для Швеции поражение под Полтавой также имело серьезные последствия. По оценке Н. И. Костомарова, «Шведская сила была надломлена; Швеция, со времен Густава-Адольфа занимавшая первоклассное место в ряду европейских держав, потеряла его навсегда, уступивши России».[32] Е. Тарле писал: «Полтава нанесла непоправимый, сокрушительный удар шведскому могуществу, а флот помог побороть все усилия шведов отдалить подписание мира и все интриги англичан и французов, направленные к тому, чтобы подбодрить шведов к продолжению борьбы».[33]

Обратимся к шведской историографии. В шведской историографии долгое время господствовала консервативная тенденция. Карл ХП в шведской истории, в шведском самосознании занимал до второй мировой войны исключительное место. Это легендарный король-воин, викинг, одинокий, таинственный, непонятый, предмет легенд, поэтических текстов, герой повестей и романов. Произведения Августа Стриндберга и неоромантика и ницшеанца Вернера фон Хейденстама об эпохе Карла ХII стали шведской классикой.

Говоря о современной шведской историографии, следует выделить работу Петера Энглюнда «Полтава. Рассказ о гибели одной армии». В первые годы учебы в Упсальском университете Петер Энглюнд написал курсовую работу о поражении шведов под Полтавой. Профессор посоветовал ему послать ее в Союз воинов Карла XII. Союз, сочтя общий тон работы "неподходящим", вернул ее автору. Однако ученый продолжал работу, бросившую вызов традиционной шведской историографию.В книге использованы подлинные документы – дневники, письма солдат, воспоминания. Но в этой работе поражение, покончившее с имперскими амбициями Швеции, вопреки традиции, трактуется как благо для страны.

Выразительно название рецензии-эссе, открывающего эту книгу, - «Спасибо, русские, вы победили!». Задача П. Энглюнда – показать Полтавскую битву, гибель или конец шведского самодержавия. Если говорить о взглядах Петера Энглюнда на шведскую историю в целом, то для него важна идея, что для Швеции, как маленькой страны, стремление захватить значительную часть Европы было чистым безумием. Поэтому, с его точки зрения, поражение в Полтавской битве, когда русские поставили точку на имперских амбициях шведов, было для них величайшим счастьем, не концом, а скорее благополучным началом. Можно сказать, русские войска спасли Швецию от разраставшейся мании величия, которая ничем хорошим бы все равно ни кончилась, о чем говорят нам судьбы всех «великих завоевателей» и их несчастных стран, пострадавших от мании величия очередного Гитлера или Карла XII. Россия, можно сказать, вовремя остановила шведскую агрессию – вовремя и для самой России, и для Европы, и для самой Швеции.

Марина Юрьевна Мнишек
Жена двух самозванцев Лжедмитриев Марина Юрьевна Мнишек много лет претендовала на российский престол, называя себя «московской царицей». Основанием для этого послужило венчание ее на царство по обряду, разработанному для наследников престола, которое было совершено до ее свадьбы с Лжедмитрием I. Однако русские люди не признавали права н ...

История почты Украины. Ранний период
История почты на территории современной Украины ведёт своё начало со времён Киевской Руси и насчитывает более тысячи лет. В Киевской Руси в X веке существовал «повоз» — обязанность населения предоставлять лошадей «от стана к стану» для княжеских гонцов и слуг. В XIII веке появились первые почтовые станции, а к XV-XVI векам почтовая связ ...

Греция в гомеровский период и в эпоху Архаики
На рубеже II —I тысячелетий до н. э. вся восточная часть Средиземноморья была потрясена переселениями первобытных народов. Переселение греческих племен в основном завершилось в X веке до н. э. Это время почти полного экономического и культурного упадка Греции получило название «темные века», или гомеровский период. Созданные Гомером вел ...