Историография
Страница 7

В книге дается между прочим периодизация работы над проектом Конституции. Авторы датируют первый период началом 1923 года, определяя концевую границу ХII съездом партии. Названный период характеризуется, с их точки зрения, работой преимущественно в республиках. В этой связи в книге обращается внимание на отношение республик к вырабатываемому документу. Отмечается и осуждается тенденция российского проекта к расширению прав Союза, в то время как другие республики, наоборот, "тянули одеяло на себя". Авторы не подчеркивают (а следовало бы подчеркнуть), что именно Россия - самый крупный член Союза - готова была поступиться своими правами, в то время как маленькие республики как раз тряслись над ними.

Похваливая проекты других республик, авторы все-таки отмечают стремление подготовленных на Украине и в Грузии к определенному сепаратизму. Они не уточняют, правда, что речь должна идти не о позиции соответствующих народов или даже руководящих органов республик в целом, а лишь об определенных группах сепаратистов в их руководстве.

Утверждается, что февральский Пленум ЦК РКП(б) создал специальную комиссию, главной задачей которой поставил осуществление общего руководства "дальнейшей подготовкой Конституции"*(25). Ссылки на источник не видно. Эта комиссия в июне 1923 г. одновременно с так называемой расширенной комиссией ЦИК и разработала, в конце концов, приемлемый проект документа, который теперь уже был безоговорочно назван Конституцией СССР.

В книге отмечается тот известный факт, что Конституция 1924 года не содержала в себе глав об общественном строе, правах и обязанностях граждан и пр., которые обычно имеются в такого рода законах. Говорится, что все эти вопросы были затронуты в конституциях республик. Однако объяснения причин такого разделения труда не дается.

Попытки обосновать отдельные уточнения положений, выдвинутых различными авторами, делает И.М. Кислицын. Перечисляя, в общем-то, известные факты, он видит в них несколько иной смысл. Так, автор выдвигает любопытную идею о том, что I Всесоюзный съезд Советов должен был быть (или был?) съездом республик*(26). С этим вряд ли можно согласиться. Если Конференция полномочных делегаций республик, подготовившая 29 декабря 1922 г. Декларацию и Договор об образовании СССР, была именно органом республик, где они представлены равноправными делегациями, то съезд Советов был уже органом всего Союза, делегаты которого действовали не от имени своих республик, а уже от своего собственного. Кстати, И.М. Кислицын, анализируя документы VII съезда Советов Украины, пришел к выводу, что в украинском проекте образования СССР предусмотрены 2 органа в Союзе: Всесоюзный съезд Советов и съезд Советов Республик*(27). Обмолвку об этом, содержащуюся в постановлении украинского съезда, И.М. Кислицын возводит в ранг принципа. Впрочем, определенный резон в этой догадке есть, ибо именно так в исторической перспективе был построен ЦИК Союза, а еще позже - Верховный Совет СССР.

Вряд ли можно согласиться с И.М. Кислицыным, что Договор об образовании СССР вместе с Декларацией следует рассматривать как временную Конституцию, хотя нельзя не отметить здесь определенного рационального зерна: действительно Договор, принятый или, вернее, утвержденный верховным органом страны, единого государства уже переставал быть соглашением. Он становился, по сути дела, законом. Но И.М. Кислицын в своих рассуждениях до этого не дошел.

Неточно в одном случае И.М. Кислицын изображает вопрос о принятии Союзного договора на съезде. Если его буквально понять, то вопрос о государственных языках (ст. 14 Договора) специально обсуждался здесь*(28). В действительности, как известно, никаких прений тогда не было, и данный вопрос, как и другие, был решен на предварительных стадиях подготовки учредительных документов.

Тонкий анализ вопроса проводит автор в отношении института гражданства, показывая, что в принятом варианте Договора содержится менее жесткая формулировка, сохраненная и в Конституции, чем это предполагало Постановление VII Всеукраинского съезда Советов.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Русь и Золотая Орда в конце XIV в.
В 1382 г. татары под руководством хана Тохтамыша совершили новый поход на Русь. Он оказался неожиданным для Дмитрия Донского, уехавшего из Москвы собирать войска. Несмотря на героическое сопротивление москвичей, Тохтамыш взял Москву и сжег ее. Нового сражения с Дмитрием Донским он избегал. Поход 1382 г. вернул Золотой Орде власть над Ру ...

Основная часть
Безусловно, первыми представителями русской историографии были летописцы. Советские исследователи, так или иначе касающиеся данной проблемы, обычно отмечают единодушное отношение русских летописцев к нашествию. Они "единогласны в оценке татарского нашествия как ужасной катастрофы, нанесшей непоправимый ущерб культуре Руси". Д ...

Оборона брестской крепости
Брестская крепость – одна из 9 крепостей, возведенных в XIX в. для укрепления западной границы России. 26 апреля 1842 г. крепость вступила в число действующих крепостей Российской империи. Всем советским людям был хорошо известен подвиг защитников Брестской крепости. Как гласила официальная версия - немногочисленный гарнизон целый меся ...