По существу, Мальтус противопоставил гипотетическую способность населения к росту в определенном темпе фактической невозможности увеличивать продовольственные ресурсы тем же темпом. На первый взгляд может показаться, что это положение не проверяемо. Но именно это положение является главным звеном в рассуждении Мальтуса о том, что рост населения не ограничивается ничем иным, кроме страха голода. Следовательно, давление населения на наличные продовольственные ресурсы существует всегда. В первом издании своего «Опыта» Мальтус именно это и утверждал.

Таким образом, теория народонаселения Мальтуса оказалась в опасной близости к тавтологии в обличье теории. Если мы соглашаемся с Мальтусом в том, что контроль над рождаемостью — вещь морально предосудительная, на его стороне история роста народонаселения в течение последних двух столетий: численность населения не тор­мозилась ничем, кроме «нищеты и порока». Если

же мы,

напротив, находим контроль над рождаемостью морально оправданным, Мальтус опять-таки прав: «нравственное обуздание» в широком смысле слова — это одно из ограничений роста населения сверх ресурсов продовольствия. Теорию Мальтуса невозможно опровергнуть, так как она неприменима ни к каким вероятным или действительным демографическим тенденциям: она претендует на то, чтобы описывать реальный мир, но ее описание справедливо по определению ее собственной терминологии.

Статистические выкладки Мальтуса несколько спорны не столько потому, что ему не хватало доброкачественной статистики, сколько из-за неспособности его теории выдержать столкновение с эмпирическими данными. Кейнс как-то похвалил цифровой и фактический материал Мальтуса как «доказательство, выведенное индуктив­ным путем», и даже Маршалл отдал должное тому, что он назвал «первым случаем основательного применения индуктивного метода в общественных науках». Но Мальтус был ближе к делу, когда в предисловии ко второму изданию своего «Опыта» заметил, что, «если какие-либо ошибки, помимо моей воли, вкрались в эту работу, они не могут иметь значительного влияния на сущность моих соображений».

Одна из трудностей интерпретации теории Мальтуса состоит в точном определении понятия перенаселенности. Если мы допустим, что Мальтус под перенаселенностью имел в виду ситуацию, когда население слишком велико, чтобы прокормиться отече­ственным продовольствием, то возможностей внешней торговли вполне достаточно, чтобы прогнать Мальтусов призрак голода. Но иногда Мальтус, а также Нассау Сениор и Джон Стюарт Милль давали более существенное определение: население слишком велико для достижения максимальной эффективности производства, и сокращение его численности повысило бы среднедушевой доход. В 1920-х годах это положение сформировалось в виде так называемой теории оптимальной численности населения: если население того или иного региона слишком малочисленно для ведения эффективного производства — а «разделение труда ограничивается масштабом рынка» — или, напротив, слишком многочисленно, то очевидно, что может существовать некая промежуточная точка, в которой численность населения оптимальна. Иначе говоря, оптимальна та численность населения, при которой доход на душу максимален. Из этой концепции оптимальной численности следует, что тенденция снижения уровня заработной платы до прожиточного минимума свидетельствует о перенаселенности. Эта трактовка теории опирается на совершенно механическое понимание связи между уровнем заработной платы и численностью населения. По мере адаптации рабочие привыкают к более высокому жизненному стандарту; прожиточный

Степан Разин
Степан Тимофеевич Разин, сын зажиточного казака Тимофея Разина, родился в 1630 году. Было у него два брата: Иван и Фрол. Отец Степана, Тимофей Разин был атаманом донских казаков. Есть предположение, что матерью Степана была молодая турчанка, которую захватил Тимофей в одном из своих походов. Дети научились от матери турецкому языку, лег ...

Отмена кормлений
При Иоанне грозном произошли значительные изменения в местном управлении. В 1555 – 1556 гг. были отменены кормления. Власть в уездах перешла от наместников-кормленщиков в руки выборных представителей местного дворянства – губных старост, а в тех уездах, где не было частных земель – к земским старостам, избираемым черносошными крестьянам ...

Начало прикрепления посадских к своему тяглу.
Гости, гостиная и суконная сотни составляли только верхи торгово-промышленного класса. Главную массу его составляли, конечно, черные посадские люди, отбывавшие повинности со своих торгов и промыслов по мирской раскладке. Уже в XVI веке правительство стало принимать разные меры к прикреплению посадских людей к своему посадскому тяглу. Су ...