Введение

Личность Александра Македонского, его блестящие военные успехи производили огромное впечатление на современников и на последующие поколения. В древности об Александре рассказывали многочисленные легенды. Был создан целый фантастический роман, героем которого являлся Македонский завоеватель. Великие поэты создали поэмы, в центре которых стоял образ Александра.

Один знаменательный исследователь назвал Александра гениальнейшим государственным мужем своего времени. Он был как государственный муж тем, чем Аристотель был как мыслитель. В тишине своих одиноких размышлений мыслитель мог придать своей философской системе всю ту стройность и совершенство, которые возможны только в мире идей. Если государственное создание Александра сначала кажется только наброском, не лишенным различных ошибок в частностях, если прием его действий кажется внушенным личной страстью, произволом и случаем, то мы не должны забывать, что эти первые мысли, выскакивавшие, как искры, при трении исполинских событий, тотчас же и еще на лету обращаются для него в нормы, организации и условия дальнейшей деятельности, а точно так же должны помнить и то, что каждая из этих мыслей открывала и освещала, как молния, все более обширные горизонты, создавала еще более сильное трение и ставила на очередь все более и более насущные задачи.

Скудость дошедших до нас преданий позволяют нам проникнуть в очаг этой деятельности, напряженную умственную и нравственную работу того, кто ставил себе и решали такие громадные задачи. То, что мы знаем, позволяет нам только отрывочно определить внешнюю сторону совершенного им, доведенного им до исполнения и до результата. Только своим протяжением в пространстве эти события дают нам мерило силы, создавшей подобные результаты, воли, которая им руководила, и мысли, из которой они исходили, дают нам представление о величии Александра.

Характер Александра противоречиво сочетал в себе холодный расчет и пылкий темперамент, великодушие и жестокость, несгибаемую волю и умение лавировать, приспосабливаясь к сложным обстоятельствам, он был полон жажды дела и любви к славе.

Образцом его был Ахилл, происхождением от которого он любил хвалиться и которому ему суждено было уподобиться своею славой и своими страданиями. Как Ахилл любил своего Патрокла, так он любил друга своей юности Гефестиона; и если он считала своего предка счастливым тем, что Гомер передал потомству память о его делах, то героические сказания восточных и западных народов не уставали украшать ими Александра чудесным ореолом человеческого и сверхчеловеческого величия. Он любил более мать, чем отца; от нее он унаследовал энтузиазм и ту глубокую живость чувств, которая отличает его в ряду героев старых и новых времен. Этому соответствовала его внешность: его резкая походка, блестящий взор, откинутые назад волосы и сила его голоса изобличали в нем героя; когда он спал, он очаровывал кротостью своего лица, нежным румянцем, игравшим на его щеках, взглядом своих влажных глаз и слегка склоненной налево головой. В конных упражнениях ему не было равных.

Если, приступая к великой борьбе, подготовленной его отцом, ближайшим импульсом его поступков было дать прочность и продолжительность завоеванному им для себя государству, - то со счастливым радикализмом молодости он принимал или изобретал такие средства к достижению этой цели, которые превосходили смелостью его походы и своею непреоборимой силой его битвы.

Первые монофизиты: Евтихий и Диоскор Александрийский
Ярая борьба с несторианством, вершиной которой стал Эфесский собор, породила в христологии резкий перегиб в противоположную сторону. Теперь в крайней позиции оказались радикальные последователи богословия св. Кирилла, утвержденного как истина на эфесском соборе, но не отличавшегося терминалогической четкостью. Именно они, кирилловцы-фун ...

Зодчество, живопись.
Высокого уровня достигает в этот период архитектура. Грандиозным стало строительство нового московского Кремля на месте старого. В перестройке, помимо русских мастеров, принимали участие выдающиеся итальянские зодчие Фиораванти, Руффо, Солари. Фиораванти построил новый Успенский собор московского Кремля. Предварительно он побывал во мно ...

Советско-японские отношения в 1945 – 1991 годах
Япония, восстановив свои силы после капитуляции, стала предъявлять требования на занятые СССР территории Курильских островов и Южного Сахалина, опираясь на Портсмутский мирный договор. «В 1948-1950 годах кабинет премьер-министра Сигеру Иосида разработал пакет документов по территориальному вопросу, который представил в Вашингтон»[12], о ...