Погребальный культ принадлежит к древнейшим формам религии. Несмотря на то, что способы обращения с умершим зависели, как правило, от возраста, пола и особенно от его общественного положения, половецкий погребальный обряд отличается вполне определенными чертами, позволяющими говорить о связанных с погребальным ритуалом верованиях. Он характеризуется захоронением покойника с тушей боевого коня или с его чучелом: головой, ногами, хвостом и шкурой, набитой соломой. Конь обычно взнуздан и оседлан, умерший - вооружен и погребен с необходимыми знаками отличия (украшениями, котелком, запасом пищи и пр.). После исполнения всех ритуалов, связанных с сооружением могилы, ее засыпали и над ней сооружали земляной или каменный курган. Рубрук так и пишет об этом: «Команы насыпают большой холм над усопшим . Я видел одного недавно умершего, около которого они повесили на высоких жердях 16 шкур лошадей, по четыре с каждой стороны мира; и они поставили перед ним для питья кумыс, для еды мясо, хотя и говорили про него, что он был окрещен .»[1]. Обряд здесь несколько видоизменен, хотя общая идея осталась прежней.

Заключается она, во-первых, в уверенности, что у каждого человека есть душа; во-вторых, что эта душа нуждается после смерти в том же окружении, какое было у человека при жизни. Поэтому в могилы помещалось довольно много вещей: столько, сколько могли положить туда оставшиеся на земле родичи. Очевидно, потусторонний мир представлялся половцам простым продолжением настоящего.

Тем не менее, переходя в иной мир, душа предка приобретала, по мнению половцев, особые возможности и силы для того, чтобы помогать людям (обычно родным), приносящим ей жертвы. Это убеждение свойственно всем народам, у которых господствующей формой религии был культ предков. Широкое распространение половецких каменных статуй, находки святилищ с ними свидетельствуют в первую очередь о том, что культ предков был главным компонентом их религиозных представлений.

Археологи обнаружили у подножья одной из статуй скелетик убитой девочки (пленной?). В русских сказках сохранился образ Булата-молодца, который, спасая побратима-царевича, превратился в каменное изваяние, и расколдовать его можно было, только полив на него кровь детей царевича. Возможно, в сказке отражен действительно существовавший у половцев жестокий обычай окроплять временами статуи предков детской кровью[2].

По словам крупнейшего советского этнографа, культ почитаемого предка является соединением «трех первичных представлений: идей души умершего, тотемического прародителя и семейно-родового покровителя»[3]. Если первая и последняя идеи довольно четко выделяются при исследовании каменных изваяний, то «тотемный предок» совсем не виден в этом источнике, хотя представления о нем были очень сильны и живучи в тюркоязычной среде.

Состояние потребительской кооперации в годы ВОВ
В июле 1941 г. появились карточки на хлеб и сахар, позднее, в конце 1941 - начале 1942 года - на мясо, рыбу и жиры. Снова, как в 1928-1935 годах, устанавливались разные нормы. Рабочие оборонных предприятий получали снабжение по первой категории, (от 800 граммов до 1-1,2 кг хлеба в сутки), других предприятий - по второй категории - 500 г ...

Ливонская война (1558–1583).
Успех в «восточном вопросе» позволил Ивану IV приступить к решению другого: Россия нуждалась в выходе к Балтийскому морю. Видя слабость Ливонского ордена, занимавшего балтийское побережье, Иван IV счел ситуацию благоприятной. Поводом к началу Ливонской войны стало то, что Ливонский орден не уплатил России дань за Юрьевскую область, как ...

Князь и княжеская власть в сознании и самосознании русского общества второй половины XI – первой трети XII вв.
Самосознание: князья считали опорой православной веры. Должен осуществлять государственное управление, не доверяя своим посадникам и сборщикам даней. Должен сам ведать конюшней, контролировать все стороны походной жизни. Князь должен защищать права лично-свободных, обедневших людей. Нравственный облик должен соответствовать христианским ...