20 июля 1910 года Столыпин обратился к военному и морскому министрам со специальным письмом. Отметив экономическое пробуждение Малой Азии и рост турецких вооруженных сил, Столыпин считал, что России необходимо безотлагательно приступить к мероприятиям, которые могут уравновесить ее военное положение на Черном море в связи с предстоящим увеличением турецкого флота. По его мнению, военное ведомство самостоятельно, без морского, на Черном море ничего серьезного предпринять не может и задача сводилась, главным образом, к усилению Черноморского флота, к чему и следовало немедленно же сделать соответствующие шаги, независимо от большой судостроительной программы, осуществление которой не должно было затормозиться от исполнения намечаемой частной и весьма срочной задачи усиления Черноморского флота.

26 июля 1910 года Воеводский вошел к Николаю II со специальным докладом. Для сохранения господства на Черном море, по мнению морского министерства, в дополнение к уже имеющимся трем старым броненосцам, надо заказать 3 линейных корабля новейшего типа, 9 эсминцев и 6 подводных лодок, закладка которых была запланирована на более поздние сроки. Император одобрил данную программу.

23 сентября 1910 года морское министерство обратилось в Совет министров со специальным докладом "Об ассигновании средств на усиление Черноморского флота". Общие расходы по этой программе были определены в 135,7 млн. рублей, а сама программа рассчитана на 4 года. Совет министров не утвердил ее сразу, потому что она не была предварительно согласована с министерством финансов, в результате чего источники для покрытия предлагаемых расходов найдены не были. Также он постановил образовать под председательством морского министерства Особое междуведомственное совещание для окончательного выяснения возникших в заседании вопросов. Комиссия под председательством Воеводского быстро закончила свою работу. 2 декабря 1910 года Совет министров особым журналом разрешил морскому министерству войти в Государственную думу с просьбой отпустить на строительство Черноморского флота 150,8 млн. рублей.

17 января 1911 года морское министерство вошло с этой программой в Государственную думу. Ни комиссия государственной обороны, ни бюджетная комиссия, ни пленарное заседание Государственной думы не внесли никаких существенных изменений в нее. Одобренная 19 мая 1911 года императором эта программа стала законом.

Внешняя политика была прерогативой императора. Председатель Совета министров мог высказываться по этим вопросам только по прямой просьбе монарха.

21 января 1908 года проходило совещание министров и военных деятелей по вопросам ситуации на Балканах и Ближнем Востоке. Когда Александр Петрович Извольский попытался поднять вопрос о возможности "сойти с почвы строго охранительной политики"[56] и вести дело с твердостью, подобающей великой державе, Столыпин заявил, что "в настоящее время министр иностранных дел ни на какую поддержку для решительной политики рассчитывать не может. Новая мобилизация в России придала бы силы революции, из которой мы только начинаем выходить … В случае серьезных осложнений на Балканах придется надеяться лишь на дипломатическое искусство министра иностранных дел. В руках его теперь рычаг без точки опоры, но России необходима передышка, после которой она укрепится и снова займет принадлежащий ей ранг великой державы"[57]. Через несколько дней Совет государственной обороны одобрил такой подход.

Также позиция Столыпина во внешней политике описана в письме Извольскому: "Вы знаете мой взгляд – нам нужен мир: война в ближайшие годы, особенно по непонятному для народа поводу, будет гибельна для России и династии. Напротив того, каждый год мира укрепляет Россию не только с военной и морской точки зрения, но и с финансовой и экономической. Но кроме того и главное, это то, что Россия с каждым годом зреет: у нас складывается и самосознание, и общественное мнение. Нельзя осмеивать наши представительные учреждения. Как они ни плохи, но под влиянием их Россия в пять лет изменилась в корне и, когда придет час, встретит врага сознательно. Россия выдержит и выйдет победительницей только из народной войны".[58]

Образование и развитие единого русского государства. Начало объединения русских земель вокруг Москвы. Причины образования единого русского государства.
I. Образование русского централизованного государства было сложным и длительным процессом. Важными его составляющими стали возвышение Москвы и собирание ею русских земель, борьба за независимость и формирование государственного бюрократического аппарата. В нач. XIV в. и особенно во второй его половине сложился ряд объективных предпосыл ...

Двоевластие.
Ситуация в стране после Февральской революцией осложнилась возникшим двоевластием - одновременным существованием двух органов власти - Временного правительства, взявшего на себя всю полноту власти в период до созыва Учредительного собрания, и Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов (прежде всего, Петроградского Совет, подде ...

Предпосылки, создание тайных обществ
Объективно движение декабристов порождено кризисом феодально-крепостной общественной формации и уходит своими корнями в ведущий процесс эпохи – разложение стареющего, исчерпавшего себя феодально-крепостного строя и возникновение новых, в то время прогрессивных, – капиталистических отношений. Крепостное право и самодержавие были тормозом ...