Исторический опыт НЭПа
Страница 1

Внедрение принципов новой экономической политики в сельское хозяйство началось весной 1921г. при выполнении решений Х съезда РКП (б) о замене продовольственной разверстки продналогом и допущении товарообмена в пределах местного хозяйственного оборота. Первоначально большевики рассчитывали обойтись без торговли, рынка и денежного обращения, предлагая крестьянам обменивать излишки своей продукции на принадлежащие государству промышленные товары по фиксированным натуральным эквивалентам. Однако крестьяне предпочитали рыночным отношениям куплю-продажу товаров за деньги.

В конце 1923г. произошел резкий скачок цен на промышленные товары массового спроса по сравнению с ценами на сельскохозяйственную продукцию. Промышленные товары были очень дорогими и плохого качества. Государственные цены на зерно были очень низкими и часто не покрывали даже себестоимости. Выращивать скот и технические культуры было гораздо выгоднее. Крестьяне не спешили продавать зерно, предвидя возможность его сбыта частным лицам по более высоким ценам. Дефицит товаров и низкие закупочные цены привели к тому, что сельские производители выращивали зерно, исходя из собственных потребностей. Такая политика крестьян объяснялась к тому же негативным опытом «военного коммунизма», в частности продразверстки. Сельские производители боялись быть зачисленными в «класс кулаков», для чего было достаточно, как отмечает Н. Н. Верт, «нанять сезонного рабочего, иметь сельскохозяйственную технику, чуть менее примитивную, чем обычный плуг, или держать две лошади и четыре коровы»[1].

Следствием этого стал первый кризис нэпа, вызванный «ножницами цен». Из-за низкой платежеспособности крестьян и искусственно завышенных цен на промышленные товары возникли затруднения с их сбытом, вследствие чего ухудшилось положение на государственных предприятиях, нечем стало платить зарплату рабочим. Кризис был разрешен административными мерами: цены на промышленную продукцию были снижены на 30%.

В 1921-1923 гг. в промышленности была проведена реформа, суть которой заключалась в том, что в государственном секторе были выделены наиболее крупные и эффективные предприятия, более или менее обеспеченные топливом, сырьем. Они подчинялись непосредственно ВСНХ. Остальные подлежали сдаче в аренду.

Предприятия, подчиненные ВСНХ, объединялись в тресты, деятельность которых должна была строиться на самофинансировании и самоокупаемости. Убыточные и нерентабельные предприятия закрывались.

Тимошина Т.М. приводит следующие сведения о количестве предприятий, принадлежавших по аренде частникам: на октябрь 1923 г. - 95 (общее число заводов - 164), на октябрь 1924 г. - 78 (общее число заводов - 167). Однако, несмотря на обилие арендованных частными лицами заводов, число рабочих в них составляло всего 15, 3% от всех, занятых в арендованной промышленности. Представления о безграничной свободе частного предпринимательства в период нэпа не совсем точны, так как отдел губсовнархоза имел право утверждать или не утверждать программу работы частного предприятия.

Прекрасное знание своего дела и умение организовать производство выгодно отличало частных арендаторов от новых руководителей государственных предприятий и кооперации. «В конце 1925г. производилась инвентаризация основных фондов ленинградской цензовой промышленности. Она показала, что выпуск продукции на единицу основных фондов в госсекторе составлял величину 0,96, а на частных предприятиях - 2,3»[2].

Нельзя не отметить экономической целесообразности использования государством частного капитала: за счет налогов содержались законсервированные заводы и фабрики, народное образование. Однако, несмотря на выгоду частного предпринимательства, отношение к индивидуальному хозяйству со стороны государства было негативным. Следовательно, абсолютно оправданным выглядит нежелание частных предпринимателей расширять производство, что, конечно же, связано с неуверенностью в будущем, с оценкой их деятельности со стороны РКП (б) и государства. Они знали о курсе партии на вытеснение «несоциалистических укладов» в народном хозяйстве страны и потому поддерживали свое производство в масштабах, позволяющих быстро свернуть его при первой необходимости.

Все это приводило к тому, что к 1929г. частная промышленность утратила свое значение в экономике государства, а официально причина этого явления трактовалась как общая тенденция к закрытию мелких промышленных предприятий, не могущих составить конкуренцию крупным предприятиям государственного сектора.

Страницы: 1 2

«Южно-Корейское» экономическое чудо
О быстром экономическом росте Республики Корея говорилось немало. Эту "историю успеха" связывают с высокими темпами роста ВНП, которые составили 8,6% в период с 1962-1988г и превращением страны из традиционно сельскохозяйственной во вполне индустриальную, среди достижений которой уровень ВНП на душу населения более 5000$ и 13 ...

Творческая роль экономической истории в системе социально-экономических наук
Экономическая история – междисциплинарная наука, т. к. образована на стыке экономики и истории, и потому тесно взаимодействует со всем спектром социально-экономических дисциплин. Из исторических наук в первую очередь она связана со всеобщей историей. Но необходимо понимать различия в подходах исследования. Всеобщая история посвящена гла ...

Погодин Михаил Петрович
Погодин Михаил Петрович (1800 - 1875) Российский историк, писатель, академик Петербургской АН. Сын крепостного "домоправителя" у графа Строганова. В 1818 г. поступил в Московский университет. Окончив курс в 1823 г., Погодин через год защитил магистерскую диссертацию "О происхождении Руси", где явился защитником норма ...