Внедрение принципов новой экономической политики в сельское хозяйство началось весной 1921г. при выполнении решений Х съезда РКП (б) о замене продовольственной разверстки продналогом и допущении товарообмена в пределах местного хозяйственного оборота. Первоначально большевики рассчитывали обойтись без торговли, рынка и денежного обращения, предлагая крестьянам обменивать излишки своей продукции на принадлежащие государству промышленные товары по фиксированным натуральным эквивалентам. Однако крестьяне предпочитали рыночным отношениям куплю-продажу товаров за деньги.

В конце 1923г. произошел резкий скачок цен на промышленные товары массового спроса по сравнению с ценами на сельскохозяйственную продукцию. Промышленные товары были очень дорогими и плохого качества. Государственные цены на зерно были очень низкими и часто не покрывали даже себестоимости. Выращивать скот и технические культуры было гораздо выгоднее. Крестьяне не спешили продавать зерно, предвидя возможность его сбыта частным лицам по более высоким ценам. Дефицит товаров и низкие закупочные цены привели к тому, что сельские производители выращивали зерно, исходя из собственных потребностей. Такая политика крестьян объяснялась к тому же негативным опытом «военного коммунизма», в частности продразверстки. Сельские производители боялись быть зачисленными в «класс кулаков», для чего было достаточно, как отмечает Н. Н. Верт, «нанять сезонного рабочего, иметь сельскохозяйственную технику, чуть менее примитивную, чем обычный плуг, или держать две лошади и четыре коровы»[1].

Следствием этого стал первый кризис нэпа, вызванный «ножницами цен». Из-за низкой платежеспособности крестьян и искусственно завышенных цен на промышленные товары возникли затруднения с их сбытом, вследствие чего ухудшилось положение на государственных предприятиях, нечем стало платить зарплату рабочим. Кризис был разрешен административными мерами: цены на промышленную продукцию были снижены на 30%.

В 1921-1923 гг. в промышленности была проведена реформа, суть которой заключалась в том, что в государственном секторе были выделены наиболее крупные и эффективные предприятия, более или менее обеспеченные топливом, сырьем. Они подчинялись непосредственно ВСНХ. Остальные подлежали сдаче в аренду.

Предприятия, подчиненные ВСНХ, объединялись в тресты, деятельность которых должна была строиться на самофинансировании и самоокупаемости. Убыточные и нерентабельные предприятия закрывались.

Тимошина Т.М. приводит следующие сведения о количестве предприятий, принадлежавших по аренде частникам: на октябрь 1923 г. - 95 (общее число заводов - 164), на октябрь 1924 г. - 78 (общее число заводов - 167). Однако, несмотря на обилие арендованных частными лицами заводов, число рабочих в них составляло всего 15, 3% от всех, занятых в арендованной промышленности. Представления о безграничной свободе частного предпринимательства в период нэпа не совсем точны, так как отдел губсовнархоза имел право утверждать или не утверждать программу работы частного предприятия.

Прекрасное знание своего дела и умение организовать производство выгодно отличало частных арендаторов от новых руководителей государственных предприятий и кооперации. «В конце 1925г. производилась инвентаризация основных фондов ленинградской цензовой промышленности. Она показала, что выпуск продукции на единицу основных фондов в госсекторе составлял величину 0,96, а на частных предприятиях - 2,3»[2].

Нельзя не отметить экономической целесообразности использования государством частного капитала: за счет налогов содержались законсервированные заводы и фабрики, народное образование. Однако, несмотря на выгоду частного предпринимательства, отношение к индивидуальному хозяйству со стороны государства было негативным. Следовательно, абсолютно оправданным выглядит нежелание частных предпринимателей расширять производство, что, конечно же, связано с неуверенностью в будущем, с оценкой их деятельности со стороны РКП (б) и государства. Они знали о курсе партии на вытеснение «несоциалистических укладов» в народном хозяйстве страны и потому поддерживали свое производство в масштабах, позволяющих быстро свернуть его при первой необходимости.

Все это приводило к тому, что к 1929г. частная промышленность утратила свое значение в экономике государства, а официально причина этого явления трактовалась как общая тенденция к закрытию мелких промышленных предприятий, не могущих составить конкуренцию крупным предприятиям государственного сектора.

Философская концепция Вико в споре с Декартом. Вико и просветительская традиция
Главным врагом философии Вико был рационализм в его классической форме, выработанной еще в XVII веке Декартом. Вико иронически относится к тайной мудрости философов, он больше уважает государственную мудрость политических деятелей, но выше всего ставит простонародную мудрость массы людей, которая своими руками творит историю, творит ее ...

Источники экономической истории
В историко-экономических исследованиях важное место принадлежит источникам информации, имеющим хозяйственный аспект. К ним относятся: 1. Вещественные результаты производства как сохранившиеся наземные, например египетские пирамиды, так и найденные в результате археологических раскопок. 2. Различные документы по управлению хозяйством: ...

Социокультурное развитие городов России в отечественной историографии. Историки о социокультурном облике горожан
Удельный вес горожан во всем населении оставался относительно невысоким. При этом на протяжении второй половины 60–80х гг. XIX в. происходило даже понижение доли городского населения и только с 90-х гг. отмечается его рост[45]. К концу XIX в., по данным народной переписи 1897 г., в Европейской России городские жители составляли 13% все ...