Исторические материалы » Биография Олжаса Сулейменова » "Аз и Я" и другие работы о "Слове о полку Игореве"

"Аз и Я" и другие работы о "Слове о полку Игореве"
Страница 1

Сулейменов известен также как автор ряда работ, посвящённых Слову о полку Игореве. Он заинтересовался этой темой ещё в 1960, будучи студентом Литературного института, публиковал работы о "Слове" с 1962. Тема его дипломной работы по исторической грамматике — "Категория одушевленности и неодушевленности в "Повести временных лет"", а тема его кандидатской диссертации уже на кафедре русской филологии КазГУ — "Тюркизмы в "Слове о полку Игореве"". Общая линия работ Сулейменова была направлена на выявление в "Слове" обширных пластов тюркской лексики и целых тюркских фраз, в дальнейшем искажённых при переписывании, и получила наиболее законченное выражение в получившей большую известность книге "Аз и Я. Книга благонамеренного читателя" (1975), где предлагается также собственная концепция исторического контекста "Слова", ряда событий и т. п.

О своей концепции Сулейменов говорил: "Я впервые заявил, что "Слово о полку Игореве" было написано для двуязычного читателя двуязычным автором. Допустим, русским, который владел и тюркскими языками. Значит, на Руси тогда существовал билингвизм. Я попытался это доказать, опираясь на данные многих древнерусских источников. В советской исторической науке считалось, что в русский язык за время половецкого и татаро-монгольского нашествия попало всего несколько тюркских слов, таких как аркан или кумыс. Я же говорил о НЕВИДИМЫХ тюркизмах, которые всегда считались русскими. Вот это и потрясло академиков. Я, как ни странно, оказался первым двуязычным читателем "Слова о полку Игореве""

Книга вызвала характерные для того времени идеологические "проработки", основанные на советских политических обвинениях в "национализме", "пантюркизме", "методологических ошибках" и т. п. (книга была даже по указке Суслова осуждена ЦК КП Казахстана в особом постановлении 1976 г. и изъята из продажи, директор издательства Адольф Арцишевский уволен, автор попал в опалу и долго не издавался). Только обращение Кунаева к генеральному секретарю ЦК КПСС Брежневу помогло автору отделаться "строгим выговором", и разбирательство по книге на литературную тему из ЦК КПСС передали в Академию наук СССР.

Тогда же было проведено особое заседание Академии наук СССР по книге "Аз и Я" в зале Отделения общественных наук на Волхонке. По списку пропустили в зал сорок семь академиков, членов-корреспондентов и рядовых докторов наук. Обсуждение длилось с 9 часов утра до 18, без перерыва на обед. Открыл его академик Б. А. Рыбаков словами: "В Алма-Ате вышла яростно антирусская книга — "Аз и Я" стотысячным тиражом". Его поддержал виднейший специалист по "Слову" академик Д. С. Лихачев

"В июне 1976 года, вскоре после своего 40-летия, поэт получил оскорбительную выволочку от ЦК Компартии Казахстана, а книга была запрещена и изъята по указанию цензурного ведомства из библиотек и продажи не только в Казахстане, а и по всему Союзу. Хотя, если употребить современную терминологию, это была сильнейшая PR-акция — книга стала бестселлером и продавалась из-под полы за большую — 50-кратную цену, например, в той же самой Москве". (Нурсултан Назарбаев. "Слово о моем друге Олжасе". "Казахстанская правда", 18.05.2006 г.)

В статье Л. Шашковой "Под знаком Олжаса" в газете "Мегаполис", 10.04.2006 г. утверждается, что за эту книгу номиналом 74 копейки в то время в Баку предлагали автомобиль "Москвич".

С другой стороны, построения Сулейменова вызвали и конкретную научную критику, без политических обвинений (слависты Д. С. Лихачев, Л. А. Дмитриев и О. В. Творогов и др.), где указывалось на любительский уровень этимологий и трактовок Сулейменова (хотя тот готовил тогда докторскую диссертацию именно по "Слову"). Наличие в "Слове о полку Игореве" целого ряда редких тюркских элементов было известно и до Сулейменова, но поддержки со стороны профессиональных тюркологов, в том числе занимавшихся тюркизмами "Слова" (например, Н. А. Баскакова), его работа также не встретила. По оценке Дмитриева и Творогова, "он создает новые слова, не считаясь с тем, известны ли они древнерусскому языку, создает новую грамматику, противоречащую грамматике древнерусского языка, новую палеографию, не подтверждаемую ни единым примером из рукописей — и все это для того, чтобы иметь возможность предложить новые прочтения в тексте "Слова"" (Дмитриев Л. А., Творогов О. В. "Слово о полку Игореве" в интерпретации О.Сулейменова // Русская литература. 1976. № 1. С.257). В интервью Олегу Цыганову Сулейменов приводит сведения, по которым личное отношение Д. С. Лихачёва к нему и его работам, несмотря на публичную критику, было более доброжелательным: "Московский телережиссер Ионас Марцинкявичус, делавший мое двухчасовое выступление в зале Останкино в 80-м году, поехал в Ленинград взять интервью у Лихачева. Снимал его дома. И рассказывал потом, как удивился, увидев в его книжном шкафу, — "Аз и Я" стояла не корешком, как обычно в ряду других книг, а развернутая за стеклом, всей обложкой". Оппоненты встречались несколько раз и, как вспоминал Сулейменов, "очень по-доброму". Из того же интервью: "С Дмитрием Сергеевичем мы встречались и в дни съездов народных депутатов. На одном из съездов, кажется, на первом, в конце мая восемьдесят девятого, выступая, академик вдруг сказал, что русская культура издревле взаимодействовала с восточными, в частности с тюркскими степными культурами. О чем ясно свидетельствует "Слово о полку Игореве"".

Страницы: 1 2

Марина Юрьевна Мнишек
Жена двух самозванцев Лжедмитриев Марина Юрьевна Мнишек много лет претендовала на российский престол, называя себя «московской царицей». Основанием для этого послужило венчание ее на царство по обряду, разработанному для наследников престола, которое было совершено до ее свадьбы с Лжедмитрием I. Однако русские люди не признавали права н ...

Царский двор
Вокруг монарха группировались придворные. Он был центром этого общества, непременным участником его жизни, обязанным соблюдать принятые там правила приличия: требования этикета распространялись и на царя[13]. О принятом при антиохийском дворе церемониале мы практически ничего не знаем. Обращаясь к царю, его именовали «государь», или, во ...

Детство
Павел I родился 20 сентября 1754года. Отец его - Петр III ,мать Екатерина II. Будучи мальчиком, он вскоре после рождения был разлучен со своими родителями царствующей двоюродной бабкой Елизаветой, которая рассматривала его как законного наследника престола и взяла его воспитание под свой непосредственный надзор. Павел рос в атмосфере г ...