Исторические материалы » Византия и Греция

Византия и Греция
Страница 4

Что диойкеты Афин в качестве главных сборщиков, а порой, конечно, и откупщиков податей, являлись людьми в высшей степени влиятельными, понятно само собой. От них, по счастью, до нас дошло несколько должностных печатей Иные свинцовые печати свидетельствуют о существовании других государственных чиновников в Афинах, которые носили употребительный в византийской чиновничьей иерархии титул вестарха или проноэта (провизора), а этим титулом характеризуется фискальное значение чиновников. Открыта была даже печать афинского архонта. Так как здесь и речи быть не может о муниципальной должности архонта, в древнем значении слова, то следует в архонте Афин видеть подведомственного стратегу фемы Эллады префекта города и всей епархии Аттики.

Эллада вообще в ту эпоху, по-видимому, немало страдала от произвола стратегов и финансовых чиновников. Эти чиновники, порой даже славянского происхождения, родом из Фракии или Македонии, были чужды стране, а потому не могли соболезновать страданиям Греции. Единственным стремлением их было вымогать в провинциях как можно более денег и поскорее обогащаться. Если Пселл как-то и сравнивает Аттику с местностью, подпавшею зимней буре, то именно по тому поводу, что византийские сборщики податей оказывали стране всяческие утеснения. Пселл взывает к милосердию претора и клеймит хищничество сборщиков податей. Итак, даже и в XI веке нашелся человек, который доказывал законность для афинян права оставаться под охраной великих их предков, что некогда признавали и Цезарь, и Август. Когда читаешь у Пселла укоризны, кидаемые византийским хулителям Греции за их надменность, невольно вспоминается Петрарка, выговаривающий кардиналу авиньонскому за то, что тот тяготится житьем в опустевшем Риме, и удивляющийся, как 20-30 прелатов не могут устроиться в Риме, где многие императоры, государи, бесчисленные граждане и чужестранцы жили в изобилии. Так, Пселл пишет неизвестному: "Если преисполненная славы и неоднократно воспевавшаяся Эллада, где народились марафонские бойцы, Филиппы и Александры, недостаточно для тебя занимательна, то что же тебя может удовлетворить в сем мире? Неужели же та суетная ложь, которую взвели на Аттику и Пирей ораторы и мудрецы? Все великое погибло, говорит Пселл. Блистал ведь некогда Милет. И для меня даже блаженство в отношении приумножения знания умалилось немало и со мною случилось то же, что с Афинами. Там ночь сокрыла все до самых названий академии, разрисованной хризипповой галереи и лицея. Точно так же и во мне живут голые наименования наук и преклонение перед славой философии, живую же их сущность исторгли обстоятельства".

Эта тирада достаточно доказывает, что если в эпоху Пселла Афины и не коснели в невежестве, то не обладали никакой известной школой. Когда же этот ученейший византиец поставляет в Упрек архиепископу коринфскому, что тот и сам не приезжает в

Константинополь и не переписывается с ним, а поглощен всецело музою Афин, то Пселл, вероятно, тут подразумевал занятия аттической литературой вообще.

Тогдашнему главе византийских философов и приверженцу Платона может быть поставлено в заслугу, что, несмотря на все педантство школьной мудрости эпохи, он не только открывает свое сердце терпевшим обиды грекам, но взирает на Грецию с живейшим интересом из-за ее забытой древности. Пселл просит как-то императорских чиновников в Элладе о высылке ему оттуда скульптурных произведений. Если в самом деле под "agalmata" должно разуметь статуи, то, значит же, были в Элладе и такие, которые еще не были погребены под обломками. То же наблюдалось в других местностях Греции. Современник Пселла тауматург Христодул нашел на Патмосе "художественную" статую богини Артемиды, которую затем сам же и низверг. Пселл самолично занимался исследованием наименований древних афинских судилищ и пытался разъяснять греческую топографию своим ученикам и сожителям. Свое описание Аттики он, правда, основывал единственно на Страбоне и Павсании; поэтому им приводятся лишь древние наименования местностей вроде Суниона, Марафона, Трикорита, Рамна, Кефиссии, Сфетта, Декелей или же гор вроде Гимета, Ликабетта, Парнаса и Коридавла, но нигде не отмечаются вновь образовавшиеся употребительные местные прозвища. Относительно Афин Пселл ограничивается кратким перечислением старинных построек и однажды замечает: здесь находятся следы старой академии, а там - новой: "Все дышит дуновением муз и граций, ибо даже развалины города представляют большую ценность, нежели иные (цельные) неразрушенные города". Не может быть сомнения в том, что Пселл собственными глазами видел Афины.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Третья пятилетка (1938-1942гг.)
Был выдвинут новый политический лозунг - догнать и перегнать по уровню производства на душу населения развитые капиталистические страны (экономическая сторона). Однако главные усилия 3й пятилетки были направлены на развитие промышленности, обеспечивающей обороноспособность страны. Особое внимание уделялось строительству авиационных, та ...

Щапов Афанасий Прокофьевич
Щапов Афанасий Прокофьевич (5.10.1831 — 27.2.1876) Русский историк и публицист. Родился в семье пономаря. В 1852—56 учился в Казанской духовной академии. В академии Щапов читал историю русской церкви, останавливаясь главным образом на анализе взаимодействия византийских начал со славяно-русским языческим мировоззрением, давшего новый сп ...

Вывод
Восстание декабристов в 1825г. – кульминация и вместе с тем итог декабристского движения, которое имеет огромное историческое значение. Это было первое в истории России открытое политическое выступление. Официальный язык властей называл декабристов "государственными преступниками". Но не все их так называли, для Пушкина они б ...