Исторические материалы » Советский солдат Второй мировой войны » Советский солдат Второй мировой войны

Советский солдат Второй мировой войны
Страница 1

В большинстве боевых донесений Второй мировой войны на советско-германском фронте человеческий фактор в основном отсутствовал в куда большей степени, чем в любой другой предыдущей или последующей войне. Это выглядит особенно парадоксальным, учитывая беспрецедентную жестокость данной войны и катастрофические человеческие страдания с обеих сторон. Для немецкой стороны это верно в меньшей степени, в отношении же советского солдата такое явление проявлялось особенно сильно.

Массовые страдания охватывали одинаково генералов, офицеров, солдат и гражданских лиц; дань погибшими, ранеными и психологически искалеченными исчислялась десятками миллионов. Так что отсутствию у этой войны человеческого лица не следует особенно удивляться - потребовалось свыше сорока лет для того, чтобы в России вообще в хоть какой-то степени обратились к вопросу о потерях. Для возможности постановки вопроса о потерях в качестве законной темы для дискуссий понадобился крах Советского Союза. И даже сейчас эта дискуссия вращается вокруг полных чисел, которые, хотя и находятся едва ли не за пределами человеческого разумения, по-прежнему являются предметом жарких споров. И эта дискуссия даже отдаленно не касается более чем тяжкой судьбы советского солдата. У него или у нее по-прежнему нет ни человеческого лица, ни личности. *

Эта неприятная действительность отражает самую природу того государства, которому служил советский солдат. Идеологически тоталитарный Советский Союз рассматривал человека вообще как винтик в системе, важность которой намного превышала ценность людей как индивидов. Индивид страдал и приносился в жертву ради высшего блага общества, в данном случае социалистического коллектива, а коллектив, соответственно, отвечал принесенным в жертву официально санкционированной эпитафией, которая, в свою очередь, прославляла погибших и искалеченных скрывая их боль под сияющей завесой славной службы родине и партии. При доведении данной тенденции до крайности страдания отдельного индивида терялись среди бесчисленных рассказов о солдатах, бросающихся закрыть своими телами пулеметные амбразуры дотов и встать на пути у неизменно черных, со свастикой на броне, немецких танков. Почти на кальвинистский лад этот солдат оправдывал себя через свои деяния - в данном случае своим личным самопожертвованием ради партии и государства.

Конечно, в действительности политика играла намного более зловещую и циничную роль. Тоталитаризм требовал безоговорочного повиновения и идеального исполнения на всех уровнях и очень болезненно относился к неудачам. Постоянно имея на заднем плане чистки, Сталин и партия требовали жертвовать всем - от общего до частного. Вполне понятно, что при такой системе генералы и офицеры, страдая сами, стремились перекладывать всеподавляющую тяжесть этой жертвы на ряды нижестоящих. Значительное большинство генералов, как недавно заметил один русский наблюдатель:

" . были составной частью сталинской тоталитарной системы, которая рассматривала людей как всего лишь „ винтики ". Они сражались, как поется в популярной песне, по принципу „мы за ценой не постоим ". Генерал армии Н.Г. Пащенко позже писал: „В действительности, несмотря на все оправдания, смертей на войне было много. Мы встречали много военных руководителей и командиров, которые стремились достичь успеха, совершенно не считаясь с потерями"".

Бывший советский генерал П.Г. Григоренко отразил эти взгляды в своих воспоминаниях. Григоренко стал офицером

Красной Армии в начале 1930-х годов, провоевал с отличием во Второй мировой войне, а после смерти Сталина в 1953 году в конечном итоге пополнил собой ряды антисоветских критиков. В 1964 году его за эту откровенную критику и призывы к реформам лишили звания, посадили в тюрьму и упрятали в психиатрическую лечебницу. Преследуемый наряду с более знаменитым диссидентом Андреем Сахаровым, лауреатом Нобелевской премии мира, Григоренко в конце концов эмигрировал в Соединенные Штаты, где и написал воспоминания, нарисовавшие откровенную картину жизни в довоенной Красной Армии. *

Нарисованная Григоренко картина включала в себя уничтожающий анализ советского выступления в сражении на Халхин-Голе, где в августе-сентябре 1939 года советские войска под руководством Жукова разгромили японские силы, оккупировавшие спорную территорию Монголии. Хотя официальные советские отчеты о тех боях как тогда, так и сейчас хвалят Жукова и действия Красной Армии, Григоренко внес серьезные коррективы в подобный анализ, вскрыв присущие Красной Армии врожденные изъяны и показав черствое отношение командования к судьбе простого солдата:

"Но потери мы понесли огромные - прежде всего из-за неквалифицированности командования. Кроме того, сказывался характер Георгия Константиновича, который людей жалеть не умел . Человек он жестокий и мстительный, поэтому в войну я серьезно опасался попасть под его начало".

Страницы: 1 2 3

Основная часть
Безусловно, первыми представителями русской историографии были летописцы. Советские исследователи, так или иначе касающиеся данной проблемы, обычно отмечают единодушное отношение русских летописцев к нашествию. Они "единогласны в оценке татарского нашествия как ужасной катастрофы, нанесшей непоправимый ущерб культуре Руси". Д ...

Имам  Шамиль.
Шамиль в детстве избегал общества сверстников. Молчаливый, мечтательный и своенравный подросток вызывал неприязнь у молодых односельчан . у него был только один друг - Гази-Мухаммед, сын Исмаила (старше его на несколько лет). О нем даже Шамиль говорил: «Он молчалив, как камень». Друзья жили в аварском ауле Гимры через два дома друг от д ...

Ярослав – «самовластец»
Ярослав один осуществлял власть в стране. Города названые его именем или именем отца обозначали пределы его владений. Верховная власть и его воля распространялись на все социальные коллективы, регулировал отношения между общиной и ее членами. Ярослав проводил политику по укреплению и распространению христианства, организации Русской Цер ...