Характерно, что уже в 1765 г. обнаружились противоречия между Н.И. Паниным и Г.Г. Орловым относительно направления русской политики. Первоприсутствующий Коллегии иностранных дел, не поощрил начинание Г.Г. Орлова, отказавшись оплатить расходы Саро, связанные с поездкой в Грецию. Иностранная коллегия уже имела неудачный опыт общения с черногорцами и посылки им субсидий, тратившихся вне прямого назначения. Летом 1768 г., накануне войны, вопрос о целесообразности вовлечения греков в борьбу с турками, по-видимому, обсуждался в кругу близких к императрице лиц и Н.И. Панин был противником подобного плана11.

С начала 1768 г. русско-турецкие отношения вновь обострились, стало очевидным, что войны с Турцией в ближайшее время избежать не удастся, и императрица предприняла несколько важных шагов. Ранней весной она направляет в Венецию в качестве поверенного в делах России при Венецианской республике и итальянских дворах маркиза Маруцци, якобы, для переговоров о заключении торгового трактата. Между тем, полагаясь на широкие связи в Средиземноморье этого венецианского грека аристократического происхождения, Екатерина доверяет ему весьма деликатные поручения, связанные с ее политикой в Средиземноморье.

Тогда же ранней весной императрица предоставляет А.Г. Орлову увольнение от службы с правом выезда за границу. Версия относительно того, что причиной отставки была тяжелая и продолжительная болезнь Алексея Орлова, казалось бы, подтверждается хранящимися в РГАДА прошением А.Орлова и указом императрицы и принимается большинством исследователей, однако бумаги, сопровождавшие выезд Алексея Орлова за границу, не оставляют сомнения в том, что он отправлялся в Италию с тайной политической миссией (кроме брата Федора его сопровождали два офицера, один из которых вскоре оказался в Черногории, где российские агенты вели набор воинских отрядов, предназначенных поддержать российские операции в Средиземноморье)12.

Наконец, произошли некоторые перестановки в дипломатических назначениях. В частности, летом 1768 г., когда между Н.И. Паниным и братьями Орловыми шли споры о целесообразности использования греков в надвигающейся войне, Екатерина II посылает в Лондон своим послом члена Адмиралтейской коллегии графа Ивана Григорьевича Чернышова. Его пребывание на этом посту оказалось кратковременным, но за этот срок Иван Чернышев сумел обеспечить доброжелательный нейтралитет и даже поддержку Англией средиземноморской операции России. Вернулся он в Петербург год спустя уже в качестве вице-президента Адмиралтейской коллегии.

И все-таки все известные документы, относившиеся к предвоенному времени, в том числе переписка Екатерины с И. Чернышовым, не содержат и намека на подготовку экспедиции: А.Г. Орлов едет в Италию для лечения, маркиз Маруцци должен заниматься торговым трактатом с Венецией, а И.Г. Чернышев продолжать переговоры о заключении англо-русского союза. Однако ни один из них не преуспел в своих публично означенных делах, зато каждый сыграл важную роль в организации Архипелагской экспедиции. Это несоответствие официального предназначения реальной миссии может быть объяснено глубокой тайной, в которой происходило обсуждение плана операции. Вероятно, этот план до начала войны имел лишь общие очертания и существовал преимущественно в головах Орловых и Екатерины, которая делала лишь первые шаги к его исполнению (кстати, в 1768 г. были заложены новые суда, о степени готовности которых к выходу в море "какой бы им вояж ни был предписан", запрашивала императрица в декабре 1768 г.)13.

В сущности к этому времени Россия не была готова к войне, на которую Франция настойчиво толкала Порту. Как доверительно сообщал в начале 1768 г. Н.И. Панин князю Н.В. Репнину, российскому резиденту в Польше, "не время еще доходить нам с Портою до разрыва" 14, а в октябре того же года, еще не зная, что этот разрыв состоялся, Екатерина с надеждою писала И.Г. Чернышову в Лондон: “Турки, по-видимому, нынешний год, а, может быть, и впредь не намерены нас беспокоить"15. Война заставила вплотную заняться организацией экспедиции.

Вместе с тем, экспедиция существовала в планах Екатерины II в контексте более широких задач ее политики в Средиземноморье.

Погодин Михаил Петрович
Погодин Михаил Петрович (1800 - 1875) Российский историк, писатель, академик Петербургской АН. Сын крепостного "домоправителя" у графа Строганова. В 1818 г. поступил в Московский университет. Окончив курс в 1823 г., Погодин через год защитил магистерскую диссертацию "О происхождении Руси", где явился защитником норма ...

Правление Елизаветы Петровны.1741-1761.
25 ноября 1741 г. дочь Петра, опираясь на поддержку гвардии, совершила очередной государственный переворот и захватила власть. Особенности этого переворота состояли в том, что Е.П. имела широкую поддержку простых людей городов и низов гвардии, а также то, что этот переворот имел патриотическую окраску, т.к. был направлен против засилья ...

Военно-теоретические взгляды П.А. Румянцева
В 70-80-е годы XVIII в. общепризнанным военным идеологом был П.А. Румянцев. Фельдмаршал Румянцев-Задунайский не только выдающийся полководец своего времени, блестящие победы которого способствовали укреплению военной мощи России. Это - крупнейший военный деятель своего времени, мысли и идеи которого выражали прогрессивное направление в ...