Исторические материалы » Российско-арабские взаимоотношения при Екатерине II

Российско-арабские взаимоотношения при Екатерине II
Страница 3

В прошлом веке В.А. Уляницкий обратил внимание на весьма разноречивые высказывания Екатерины II о предназначении Архипелагской экспедиции16. Конечно, во время войны перед Россией стояли прежде всего военно-стратегические цели и весной 1769 г., когда шла подготовка к отплытию первой эскадры Г.А. Спиридова, императрица писала И.Г. Чернышову: "Я турецкую империю подпаливаю с четырех углов". Это было самое общее определение предназначения средиземноморской экспедиции. В инструкции командующему второй эскадры контр-адмиралу Дж. Эльфинстону, цель экспедиции уточняется, при том в интерпретации, официально представленной европейским дворам: "Главная всему нашему плану цель состоит в поднятии на турков подвластных им греческих и славянских народов, следовательно же и долженствуют уступать оной первое место все другие побочные предприятия"17 . В силу своей малочисленности российские сухопутные части могут служить лишь "подпорою" народам, желающим себя освободить, а также стать "образцом регулярства и послушания" для греков.

Однако военные действия в Море оказались неудачными, греки потерпели поражение от турецкой регулярной армии. Случилось то, о чем в сущности предупреждал Н.И. Панин: было невозможно "настраивать и содержать во всегдашнем порядке духи, в раболепстве рожденные, а неограниченною надеждою и убеждениями веры своей в волнение приведенные”18. С этого времени основными становятся военно-морские операции, увенчавшиеся победами при Чесме и Патрассе. Екатерина одобряет новую тактику ведения войны в Средиземноморье, сформулированную Г. Орловым, - уничтожение турецких морских сил и блокада Дарданелл.

Но по мере продвижения эскадры Спиридова вдоль европейских берегов Екатерина II высказывала суждения и давала предписания, выявлявшие и иные аспекты этого смелого и вместе с тем рискованного предприятия. Так, в записке Н.И. Панину она отмечала, что одно отправление флота в Средиземное море “уже придало нам консидерации (уважения. - И.С.)”, ибо в Европе считались до сих пор с сухопутной армией России, а “мы им показались уже и с той стороны уважения достойны более нежели при пассивном нашем морском стоянии”19. И действительно, получив известие о движении эскадры Спиридова вдоль европейских берегов, герцог Шуазель, один из самых рьяных противников политики России в Польше, Турции и Швеции, с досадой воскликнул: “Вот и новая морская держава появилась!”20

Как известно, Екатерина придавала огромное значение демонстрации европейскому общественному мнению могущества своего государства.

В январе 1770 г., когда первая эскадра еще только отстаивалась после тяжелого перехода и первых зимних бурь в Порт-Магоне, расположенном на английском острове Менорка, императрица писала А.Г.Орлову о важности “получить порт на острове или твердой земле” и добавляла: “хотя б и ничего иного не сделали, то бы тем самым вы много для переду предуспели, если б доставили России в руки порт в тамошнем море, который стараться будем при мире удержать”. А далее Екатерина проговорила самое сокровенное: “Под видом же коммерции он (порт. - И.С.) всегда будет иметь сообщение с нужными народами во время мира, и тем, конечно, сила наша не умалится в тамошнем краю”21. Здесь, в самый ответственный момент перед началом военных действий, из сознания императрицы как бы ускользает мысль о “подпаливании турецкой империи” и на первый план выступает задача утвердить в “тамошнем краю” российское присутствие.

Стремление российской императрицы утвердиться в Средиземноморье имело свои основания. Перед Россией стояла цель сформировать южные границы и выйти к берегам Черного моря, куда тяготели ее основные речные артерии: от этого зависело хозяйственное освоение юга России. Но мореплавание по Черному морю еще не обеспечивало прямых связей с Европой, требовался свободный проход в Средиземное море.

Вместе с тем Екатерина II отдавала отчет в том, что Средиземноморье как средоточие важных экономических, политических и культурных коммуникаций между Европой, Азией и Африкой играет весьма существенную роль в европейской политике, поэтому присутствие в регионе придало бы России статус великой державы, способной влиять на европейскую и турецкую политику. Кстати, это имел в виду И.Г. Чернышов, когда, сообщая лорду Рошфору об отправлении российской эскадры в Архипелаг, заметил: “Англия может иметь в России сильную помощницу не только на твердой земле, но и на море, когда русский флот попривыкнет быть и в здешних морях,” - и дал понять, что Россия не будет против приобретения Англией какого-нибудь владения в Архипелаге, что позволило бы англичанам “уничтожить выгодную французскую торговлю в Леванте”22. Позднее Екатерина в переговорах с Австрией цинично предлагала свои планы раздела средиземноморских территорий между европейскими государствами как компенсацию за их согласие на создание Греческой империи под российским покровительством. Впрочем, такова была эпоха и в ее логике действовала российская императрица.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Вступление
Гражданская война в Испании в 1936-1939 гг., которая превратилась в общеевропейский конфликт, и режим Ф. Франко всегда останется актуальным вопросом. Подтверждением того, есть ни только многочисленные труды современных испанских историков, но и работы русских, американских, французских соискателей мировой истории. Глобализация испанско ...

Попытки хозяйственных реформ 1953—1964 гг.
В августе 1953 г. был принят новый бюджет, который предусматривал дотации на производство товаров широкого потребления и в пищевые отрасли. На сентябрьском 1953 г. пленуме ЦК было принято решение о повышении государственных закупочных цен для колхозов и уменьшении обязательных поставок, списания долгов с колхозов, снижении налогов с при ...

Социально-экономические последствия коллективизации
Колхозный строй в нашей стране победил окончательно и бесповоротно. Сельское хозяйство превратилось в самое крупное хозяйство в мире. Например, в 1937 г. средняя посевная площадь одного совхоза составляла 3058 га, колхоза - 481,5 га, тогда как в. дореволюционной России на одно крестьянское хозяйство приходилось 7,8 га. Сильно выросла и ...